Рублевый эквивалент Нумизматика, бесспорно, является одним из самых распространенных хобби. Конечно, сейчас достать те или иные образцы намного проще, чем раньше, во времена СССР. И тем не менее коллекционирование монет по-прежнему привлекает внимание многих, в том числе и весьма состоятельных, людей.        Когда на вечерней заре СССР некоторые наши граждане обнаружили, что юбилейные советские рубли с Лениным по размеру такие же, как немецкие 5 марок, то специально стали брать с собой в ГДР эти монеты, с тем чтобы приобрести на них что-нибудь “по бросовой цене”.        Многие “однорукие бандиты” в разных странах мира также были не прочь принять внутрь что-то из советской мелочи, что заставляло наших граждан коллекционировать перед поездками за рубеж пятаки, двушки, пятнашки и т.д. Вряд ли всех этих мелких авантюристов можно назвать настоящими нумизматами, однако какой-то нумизматический дух им был явно знаком.        “Настоящими нумизматами могут быть только люди не очень публичные, скрупулезные, усидчивые, – говорит генеральный директор компании “Монеты и медали” Игорь Лаврук. – У публичных людей просто не хватает терпения этим заниматься. Они немного иначе устроены. Среди моих знакомых лишь Дмитрий Ушаков – один из бывших топ-менеджеров “Интерроса” – является исключением из этого правила. Ведь нумизматика – это спокойное, серьезное, настоящее мужское занятие. О стоимости монет обычно не говорят с женами, не берут их с собой на аукционы. Практика показывает, что женщинам это чаще всего не интересно”.        Сам Игорь занимается нумизматикой с 14 лет. Сначала, как все новички, увлекался зарубежными монетами, но со временем перешел на российские образцы. С точки зрения серьезного коллекционера, это более профессионально, что ли. В каждой стране интерес к своим монетам всегда выше, чем к иностранным. Цены, соответственно, тоже выше. Это – правило нумизматики.        В 1994 году Игорь создал фирму “Монеты и медали”, которая с февраля 1996 года организует в России различные нумизматические выставки и аукционы. Осенью этого года фирма провела очередной аукцион “Коллекционные русские монеты и медали”. В числе раритетов, которые составили особую гордость организаторов нумизматического события, нельзя было не заметить, например, пробные золотые 15 рублей 1897 года с маленьким портретом императора Николая II. Это одна из самых редких монет периода правления последнего русского царя, и в настоящее время она известна лишь в одном экземпляре. Эксперты оценили ее в 120-140 тыс. долларов. Любопытнейшим экземпляром аукциона стала также медаль в память высадки русских войск в городе Або (Турку) 28 августа 1713 года, оцененная в 30-50 тыс. долларов. На аукционе она ушла за 48 тыс. долларов.        Кстати, неслучайно эта медаль отчеканена без характерного ушка, выглядит как настоящая монета, да еще и вес с диаметром у нее такие же, как у рубля того времени. Дело в том, что при Петре I все медали чеканились именно таким образом, что имело двойной смысл – человек, награжденный такой медалью, мог при необходимости расплатиться ею.        “Мне кажется, что это было гуманно по отношению к ветеранам войн. Ведь и в СССР, и до сих пор в нашем Уголовном кодексе предусмотрено наказание 2-3 года лишения свободы за продажу своих же медалей, – говорит Игорь Лаврук. – В результате это приводит к тому, что множество военных медалей все равно скупается у ветеранов, но за мизерные деньги. Не будь уголовного преследования за это, любой ветеран мог бы принести свой орден к нам на аукцион и получить за него хорошую плату. Вдруг у него нет денег и орден – единственное, что он может продать. Так пусть он хотя бы продаст его дорого. Ведь стоимость некоторых орденов может доходить до 120 тысяч долларов. Но сегодня все эти награды оседают в руках спекулянтов, которые ждут отмены статьи. И вот когда закон будет отменен, они смогут на этом хорошо заработать. Ведь можно же сейчас покупать и продавать награды царской России, значит, когда не станет последнего ветерана Великой Отечественной, можно будет и ордена этой войны продавать. Кстати, нас постоянно на этот счет проверяют – каждый раз, когда перед аукционами мы даем объявление, что покупаем отечественные награды до 1917 года, нам звонят и предлагают ордена ВОВ. Мы понимаем, что звонят совсем не ветераны. У нас сегодня и вывоз орденов запрещен, хотя в других странах он разрешен, за исключением лишь нескольких особо ценных наименований”.        Кстати, именно потому, что военные награды в России имели внешний вид обычных чеканных денег, сейчас часто можно встретить отдельные образцы, к которым владельцы пытались припаять ушко, чтобы их можно было носить на груди.        “С середины XIX века появились еще и медали, которые носили на шее, – уточняет Игорь Лаврук. – Например, среди гражданских чиновников было очень почетно иметь медаль “За усердие”, которую, как и другие награды в дореволюционной России, можно было получить лишь однажды. Я вообще считаю большой глупостью то, что в СССР людей могли награждать одним и тем же орденом несколько раз. Раз человек уже достоин какой-то награды, достиг какой-то вершины, он не может ее же достигнуть еще раз. Он уже на ней. Ордена и медали разных степеней – это другое дело”.        - Зиновий Гердт, помнится, не мог понять, когда его наградили орденом “За заслуги перед Отечеством” III степени, – это у него заслуги или отечество III степени?    - Ну, в чем-то он тоже прав.        - Кстати, чем нужно чистить монеты, чтобы они выглядели как новые?    - Монеты вообще нельзя чистить. Натуральная патина повышает стоимость любой старой монеты. Часто нам перед аукционом люди приносят вычищенные монеты. Я им сразу же сообщаю, что, вычистив их, они 20% стоимости спустили в раковину.        - Даже так? Как же в таком случае нужно хранить коллекцию?    - Обычно специальные планшетки для хранения монет изготавливаются из натурального красного дерева. В них делаются углубления соответственно диаметру монет, в углублениях просверливаются насквозь отверстия для вентиляции. В случае правильной вентиляции монеты будут равномерно покрываться патиной. Дно углублений при этом обычно покрывается сукном. Приклеивать его к дереву, естественно, не стоит. В последнее время состоятельные коллекционеры заказывают планшетки размером с банковскую ячейку. Ведь наиболее дорогие образцы коллекции люди все равно хранят не дома, а в банках.        - А, собственно, многие ли сейчас занимаются нумизматикой и фалеристикой?    - На самом-то деле монеты и ордена людей интересуют в гораздо меньшей степени, нежели, например, картины. Собирание живописи – это около 50% от всего рынка коллекционирования, ювелирные изделия – около 20%, декоративно-прикладное искусство (фарфор, например) – 10-12%, книги – около 10% и, наконец, нумизматика с фалеристикой – всего 5% этого рынка. Как видите, цифра удивительно мала. При этом все понимают, что коллекционировать монеты значительно удобнее, чем картины. Они занимают меньше места. Мы даже шутим, что у коллекционеров картин, в отличие от нумизматов, в какой-то момент заканчиваются не деньги, а стены. В то же время, например, бонистика вообще мало популярна в народе, поскольку денежных купюр и сохраняется меньше, да и стоимость их больше, чем у монет. Жалко ведь оставлять для коллекции какую-нибудь крупную купюру. Да и у людей в дореволюционной России всегда был соблазн бумажную денежку потратить – раньше ведь не проводили таких деноминаций, чтобы старые купюры переставали ходить в стране. После каждой реформы старые купюры можно было использовать.  - А с какой целью сегодня в основном собирают монеты?    - Ну, той святой идеи коллекционирования, которую можно было встретить в СССР, сегодня практически нет. Люди часто скупают монеты, воспринимая это лишь как вложение средств. Берут сразу несколько экземпляров.        - В таком случае они обрекают себя не видеть свою коллекцию вообще. А как же удовольствие от рассматривания?    - Ну что делать? Каждый по-разному относится к коллекционированию.        - Монеты какого периода Вы посоветовали бы собирать, если говорить именно о вложении средств?    - Мне кажется, что вырастут в цене русские памятные медали и награды. Имеет смысл собирать советские серебряные монеты 20-х годов. А вот современные серебряные и золотые монеты я бы покупать не советовал. Их могут допечатать в любое время в любом количестве, что сильно уменьшит их стоимость. Думаю, что вырастет в цене российская медь. Кстати, в декабре 2004 года и в июне 2005-го мы проводили аукционы, к которым собрали полные комплекты российской меди (по годам) XIX и XVIII веков соответственно. Эти коллекции были на тот момент, наверное, крупнейшими в мире.        - А не обидно, когда потом все это уходит в один день из рук?    - В этом специфика аукционов. Когда-то мы собирали монеты ради коллекционирования. Сейчас мы делаем аукционы. И мелочь собирать просто не хочется. А потом, монет ведь, в отличие от тех же картин, много – на всех хватит.        - Ну не скажите. Константиновский рубль, например, отнюдь не ширпотреб.    - С Константиновским рублем действительно отдельная история. Всего их существует восемь штук. Причем два из них – новоделы, отчеканенные уже в конце XIX века. И в принципе известно, где и у кого каждый экземпляр находится. Один, например, есть в Смитсоновском институте (США), в коллекции великого князя Георгия Михайловича – дяди Николая II. Эта коллекция, кстати, считается одной из самых больших в мире. Один лишь ее многотомный каталог занимает целый книжный шкаф. Нужно, конечно, признать, что князь имел возможность пользоваться своеобразным “административным ресурсом” – мог получать пробные образцы с монетного двора. Ведь не раз было такое, что монета чеканилась в количестве не более десяти экземпляров, а потом по каким-то причинам царь ее не утверждал в тираж. Например, Павел I в свое время забраковал монеты со своим профилем. Ну не понравился он сам себе в отчеканенном виде и приказал выпускать монеты без царского профиля. Такое продолжалось вплоть до периода Александра III. Но пробные экземпляры никто не уничтожил, и они оказались в специальном хранилище, доступ к которому имели избранные.        - Кстати, не лежат ли у нас в каком-нибудь Гохране запасы того же советского серебра, к которому вы советуете сегодня присмотреться? Не появятся ли эти монеты в один прекрасный момент на аукционах в большом количестве?    - Уверяю вас, в Гохране лежит от силы конфискат 1930-х годов. Ничего там больше нет. Так что этот рынок точно не рухнет. И за границей, соответственно, ничего этого нет, поскольку там наши монеты мало кого интересуют. Был период, когда в последние годы СССР – в основном контрабандой – наши монеты вывозились за рубеж. Но потом стало ясно, что интерес к ним не оправдывает риск. Вывозить монеты перестали. А за последние десять лет вообще все, что стоило вернуть, привезли обратно.        - Насколько большой интерес вызывают сегодня ваши аукционы у коллекционеров?    - Обычно в наших аукционах участвует около ста человек. Этого вполне достаточно для успеха предприятия, так скажем. Ежегодно мы организуем по два аукциона. Кстати, ближайший наш аукцион “Награды России” состоится 3 декабря в 12.00 в гостинице Marriott Royal Aurora. Как всегда, в преддверии торгов – с 21 ноября по 1 декабря – мы проводим предаукционную выставку, которую могут посетить все желающие. В экспозиции представлено 195 экспонатов, она охватывает исторический период с 1702 по 1932 год: российские ордена, медали, знаки и жетоны, предметы милитарии.        - Можете чем-то особенно похвастаться?    - Самым редким аукционным лотом (эстимейт 100-120 тыс. долларов) является серебряная медаль “За взятие Шлиссельбурга 12 октября 1702 года” в превосходной сохранности. Такой медалью награждались добровольцы-“охотники” из солдат русской армии под командованием генерал-фельдмаршала Шереметьева, отличившиеся при штурме шведской крепости Нотебург (Орешек), находившейся на Ореховом острове в Ладожском озере у истоков реки Невы. Еще один весьма редкий образец фалеристики – медаль (знак) депутатам Комиссии для сочинения проекта Нового Уложения, выполненная из золота. Этот должностной знак изготовлен в 1766 году тиражом 569 экземпляров и предназначался для депутатов комиссии. Большая часть знаков была возвращена в казну.        - Кстати, какой процент организаторы аукциона обычно берут с продавца и покупателя лота? Помнится, незнание таких моментов когда-то сильно подвело Кису Воробьянинова.    - С продавца мы берем 15%. Если лот очень дорогой, то ставка снижается до 10%. Еще мы удерживаем 5% с покупателя. Но, например, в Европе нормой является ставка 20% с продавца.        - Хорошо, что предупредили.     “Московский комсомолец”